

Полный гид для родителей
Кто из родителей хотя бы раз не забегал в школу в разгар учебного дня, чтобы передать ребёнку забытую сменку или спортивную форму? Переступаешь порог, и на тебя лавиной обрушиваются шум, визги, хохот. И вся эта орущая толпа ещё и с бешеной скоростью носится по коридорам. Пока выискиваешь среди вихрастых голов свою, родную, недоумеваешь: как они тут вообще выживают в замкнутом пространстве с таким количеством очень энергичных детей.
Кто отвечает за жизнь и здоровье подростка в школьных коридорах? Как по закону делится ответственность между школой, ребёнком и родителями? Поговорили с учителем и юристом и разобрались, какие риски подстерегают учеников, как вести себя в чрезвычайных ситуациях и кто отвечает за безопасность в школе.
Эксперты этого материала:
Ксения Маклакова, учитель и репетитор по русскому языку и литературе, автор канала «Полутона и диссоциации»
Александра Тараканова, юрист по гражданскому праву
Содержание:
Школьный день редко проходит в соответствии с идеальным сценарием: урок, на котором все молчат и слушают, и перемена, когда все чинно перемещаются из кабинета в кабинет. Обычно он похож на плотину, которая из последних сил сдерживает детскую энергию. Кто-то развалился на последней парте и бросает скомканные бумажки в отличника. Кто-то перешёптывается с подружкой, а другим тоже интересно. На перерыве плотину прорывает, и водоворот детей сметает всё на своём пути, включая дежурных педагогов. И речь идёт не только о началке — 13–15 летние школьники бегают и дерутся в перерывах между уроками ничуть не меньше непоседливых первоклашек.
Неприятности связаны не только с активным поведением — сама школьная инфраструктура полна ловушек.
Чаще всего дети падают именно на лестницах. Одно неловкое движение, скользкая подошва, чья-то сумка, оставленная на ступеньке — и травма практически гарантирована. А ещё дети любят перепрыгивать через три ступеньки или скатываться по перилам, беря друг друга на слабо или просто демонстрируя лихость. Самое тревожное время — первые и последние пять минут перемены. Потому что все бегут из кабинета в кабинет, торопятся к уроку или в столовую, и никто никого не видит.
В классе, где всё знакомо, тоже есть свои ловушки. Шкафчики с острыми углами на уровне головы сидящего подростка. Тяжёлые двери, которые с силой открывают — и створка может ударить зазевавшихся товарищей. Стеклянные дверцы мебели, которые при резком движении или во время активной игры с одноклассниками превращаются в источник порезов. Канцелярия: ножницы, циркуль, линейки с металлическими краями, остро заточенные карандаши. Казалось бы, обычные для уроков предметы. Но в неугомонных детских руках они тоже могут стать источниками травм.
Ещё одна зона повышенного риска — спортивный зал или площадка. Здесь дети падают со снарядов, сталкиваются друг с другом во время бега или командной игры, получают травмы из-за неисправного оборудования. Добавляется человеческий фактор: игры без присмотра преподавателя физической культуры, использование инвентаря не по назначению, занятия в неподходящей форме. Например, в кроссовках на скользкой подошве или с заколками и часами, которые могут зацепиться за снаряд.
В туалете ребёнок остаётся без наблюдения, и здесь могут происходить неприятные вещи: буллинг, попытки вымогательства, курение вейпов. Пол бывает скользким, сломаны замки на кабинках. Из-за этого дети часто не идут в туалет и терпят до дома — а привычка сдерживаться может привести к проблемам со здоровьем. В раздевалках нередко пропадают вещи: деньги из карманов, дорогая одежда и сменная обувь.
На школьном дворе есть риск краж самокатов и велосипедов. Случаются конфликты между детьми и даже драки. На территории школы могут находиться посторонние люди.

Ксения Маклакова
Туалеты действительно «нейтральная» территория. Камеры здесь ставить нельзя в соответствии с законом и этикой, дежурство педагогов в туалете — тоже спорный вопрос. Но школы находят работающие способы.
Первый — присутствие, а не контроль. Дежурный учитель находится в коридоре рядом с туалетом. Не заходит без причины, но слышит, что происходит внутри. Если шум или подозрительное скопление детей — спокойно уточняет, всё ли в порядке, просит освободить помещение. Дети быстро привыкают, что рядом есть взрослый человек, и ведут себя сдержаннее.
Второй — дверь в помещение туалета не закрывают. Звучит, кажется, не очень этично, но способ работает. Для естественных нужд есть кабинки с полной приватностью. А общая дверь остаётся открытой, и это мешает устраивать засады или нарушать правила.
Синяк или порезанный палец видно сразу. А вот страх, стыд или давящее ощущение «весь мир против меня», разглядеть сложнее.
Не менее трети школьников хотя бы раз сталкивались с буллингом: 25% подростков выступают жертвами, 16% — агрессорами, ещё 16% совмещают обе роли, — говорится в исследовании Института образования НИУ ВШЭ. То есть, травля превратилась в фундаментальную школьную проблему, от которой невозможно отмахнуться.
Часто дети не рассказывают о том, что происходит в школе. Особенно в ситуациях, когда они сами вовлечены в травлю — не только как жертвы, но и как непосредственные участники или молчаливые свидетели.
Приложение «Где мои дети» помогает родителям вовремя заметить тревожные изменения в поведении ребёнка и не упустить момент, когда ему может понадобиться ваша поддержка.
Ребёнок может чувствовать себя одиноким даже не сталкиваясь с прямыми издевательствами. Его не замечают, не зовут в компанию, не включают в общий чат. Такое игнорирование ранит не меньше, чем открытые насмешки. Обычно изолируют тех, кто чем-то отличается: внешностью, увлечениями, успеваемостью. Или тех, кто недавно перешёл в новую школу.
Группа сверстников — мощная сила. Порой настолько, что подросток делает то, чего совсем не хочет. Несколько брошенных фраз от заводил: «Слабо?», «Ты чё, маменькин сынок?» — и ребёнок лезет на крышу, пробует наркотики или прогуливает урок. Такое поведение говорит о желании быть принятым в свой круг, чувство принадлежности часто перебивает инстинкт самосохранения.
Вейпы и электронки в руках у школьников уже не редкость. Они не воняют табаком, их легко спрятать в рукаве и незаметно передать из рук в руки. Бывает, что подросткам предлагают «подзаработать» — отнести свёрток, взять на хранение чужую вещь, сходить в заброшку. Подросток может даже не осознавать степени риска: дети часто нуждаются в деньгах и им бывает сложно отказаться от «лёгкого» заработка. Да и почувствовать себя взрослым, быть в теме — довольно большой соблазн.
Подробнее про опасность вейпов можно почитать в нашем материале: «С вредным паром: почему электронные сигареты опасны для подростков».
Большинство школьных неприятностей можно предотвратить, если заранее договориться о соблюдении правил поведения.
Объяснить: если ребёнок стал свидетелем или жертвой буллинга, драки, кражи или почувствовал запах гари — нужно не пытаться решить проблему самостоятельно, а сразу обращаться к взрослым.
В теории опасная ситуация кажется простой и понятной. Но когда случается реальный инцидент, в дело вступает рептильный мозг. Он выбирает одну из древних реакций: бить, бежать или замереть. И часто эта автоматическая реакция оказывается не самой правильной. Поэтому лучше заранее проговорить чёткие алгоритмы действий.
Первое — не двигаться. Если ученик упал и чувствует острую боль в руке или ноге, не нужно пытаться встать из страха выглядеть смешным. Лучше остаться на месте, позвать одноклассника или громко сказать: «Мне нужна помощь». Учитель вызовет медсестру или скорую.
При носовом кровотечении нельзя запрокидывать голову. Нужно сесть, слегка наклониться вперёд и зажать ноздри на несколько минут.
Ни одна победа в школьной потасовке не стоит разбитого лица или выбитого зуба. Если кто-то замахивается или толкает, алгоритм прост: отойти на безопасное расстояние, поднять руки ладонями вперёд — это одновременно защита и сигнал «стоп» — и твёрдо сказать: «Не трогай меня. Я ухожу». После этого уйти в сторону учителя, класса или любого людного места.
Когда говорят: «Пойдём за угол, поговорим» или «Сейчас я с тобой разберусь» — это может пугать. В такой ситуации разрешается обманывать и хитрить. Можно сказать: «Меня к завучу вызвали, я не могу», резко свернуть в учительскую или забежать в столовую, где есть люди. Об этой ситуации нужно рассказать взрослому, которому ребёнок доверяет. Терпеть молча из опасения прослыть трусом, не нужно. Безопасность важнее репутации.
Родителям важно время от времени напоминать подростку, что справиться с насилием могут только взрослые. Любые попытки решить проблему самому — поговорить по-мужски, дать сдачу или отмолчаться — только усугубляют ситуацию.
Рюкзак без хозяина в коридоре, коробка у входа, свёрток на подоконнике или любая вещь, которая явно не принадлежит знакомым — повод привлечь внимание. В такой ситуации действует правило: не трогать и не открывать. Нужно отойти подальше и найти любого взрослого — учителя, охранника, завуча.
После громких случаев нападений и других чрезвычайных ситуаций, учебные заведения всерьёз пересмотрели подход к защите детей. Теперь это целая система: антикризисные планы, распределение ролей среди сотрудников, навыки первой помощи, отработанная эвакуация и регулярные практические инструктажи для всех — и для педагогов, и для учеников.
Родители и дети иногда воспринимают учебные тревоги как пустую формальность: подумаешь, тренировочная сирена и всех выгоняют на улицу. Подростки вообще только рады пару уроков пропустить. Но на самом деле за этим стоит система, которая однажды может спасти жизнь ребёнку.
Антикризисная команда — это психолог, соцпедагог, завуч и другие специалисты. Их задача обеспечить порядок: чтобы в реальной ЧС никто не паниковал, дети и учителя знали, куда бежать, кому подчиняться, а после происшествия получили психологическую поддержку.
Для родителя это значит, что в школе есть отработанный план, а не надежда на авось. Регулярные тренировки доводят алгоритмы до автоматизма — ребёнок не задумываясь сделает то, что нужно, даже если растеряется.

Александра Тараканова
Тренировочные эвакуации это не прихоть администрации, а обязанность школы по закону (ФЗ № 273-ФЗ и Постановление Правительства РФ № 1006). Школа обязана обеспечить охрану, пропускной режим, ограничить доступ посторонних, иметь систему оповещения и план эвакуации, проводить инструктажи и тренировки, а также вести видеонаблюдение.
У школ есть «категории опасности» — их присваивает специальная комиссия в зависимости от уровня угроз в регионе. Чем выше категория, тем строже меры: например, могут ввести досмотр вещей или металлоискатели.
Родитель имеет право узнать категорию своей школы — можно спросить в администрации, в муниципалитете или в региональном органе образования.
Безопасность ребёнка во время обучения — это общая работа. У каждой стороны свои задачи, и они не пересекаются, а дополняют друг друга. Школа создаёт среду и контролирует территорию, педагоги следят за порядком и реагируют на сигналы, родители учат ребёнка правилам и доверию. Если кто-то выпадает из этой цепочки, риск вырастает.
По закону школа обязана обеспечивать жизнь и здоровье учеников во время образовательного процесса.
Александра Тараканова, юрист по гражданскому праву:
Согласно приказу Минобрнауки России от 27.06.2017 N 602, образовательное учреждение отвечает за травму ребёнка, если она случилась:
По закону школа не просто «место, где учатся», а организация, которая обязана обеспечивать жизнь и здоровье обучающихся во время учебного процесса (ст. 41 Федерального закона № 273-ФЗ «Об образовании в РФ»)».
За халатность — например, если не заметил драку или не вызвал помощь — учителя могут привлечь к дисциплинарной или даже уголовной ответственности.
Как бы хорошо ни работала школа и как бы внимательны ни были родители, в нужную секунду взрослого может не оказаться рядом. Подросток остаётся один на один с ситуацией — и тут на помощь приходят его собственные знания и привычки. Правила на то и нужны, чтобы дать ребёнку чувство опоры в тот момент, когда рядом нет взрослых.

Родители имеют право знать, как обеспечивается безопасность их ребёнка. По закону (ст. 44 ФЗ № 273-ФЗ) можно знакомиться с уставом учебного заведения и локальными актами, получать информацию об условиях обучения. Но есть и служебная информация, которую в школах не покажут.
Можно спросить: есть ли турникеты и пропускной режим, кто сидит на входе, как проверяют посетителей. А вот журнал обхода территории и внутренние схемы охраны — это служебная информация, её школа не обязана предоставлять.
Спросите, есть ли график дежурства учителей, кто отвечает за конкретные зоны. Это не секрет, школа обязана это организовать. Если дежурный учитель регулярно отсутствует или не реагирует на шум — это уже повод для разговора с администрацией.
Узнайте, есть ли в штате психолог, проводит ли он опросы и беседы с детьми, как школа выявляет конфликты. Если на жалобы о травле школа не реагирует — это может быть поводом обратиться в вышестоящие инстанции, например, в Департамент образования.
Подробнее про травлю можно почитать в нашем материале: «Агрессор — это ребёнок, которому сложно: психолог — о том, как устроена травля в школе».
Школа обязана проводить инструктажи и тренировки по эвакуации дважды в год, а план эвакуации должен быть размещён в доступном месте — любой желающий может с ним ознакомиться. Образовательное учреждение также отвечает за организацию первой помощи ученикам, и педагоги с соответствующей подготовкой имеют право её оказывать.
Главное в таких разговорах — не напугать, а подготовить.

Ксения Маклакова
Дети быстро забывают огромную часть входящей информации, поэтому к разговору о нормах поведения стоит возвращаться регулярно:
Чтобы не запугать ребёнка, не нужно его стращать, но ещё важнее — не пугаться самому. Ребёнок всегда считывает эмоции родителей. С детьми вообще важно регулярно говорить — спрашивать о том, как дела в школе, с друзьями, с учителями. Слышать его сигналы, быть его опорой.
Когда случается ЧС и ребёнок узнаёт об этом, важно проговорить, что страшные ситуации бывают, это жизнь. Но не менее важно знать, как в них действовать. Не паниковать и без необходимости не отступать от плана.
Скажите ребёнку эти слова и возвращайтесь к ним каждый раз, когда обсуждаете сложные темы: «Я буду тебя слушать без криков и обвинений, если ты попросишь. Даже если ты виноват. Даже если ты вовремя не сказал. Даже если то, что ты скажешь, меня расстроит. Твоя безопасность важнее моего спокойствия. Ты можешь рассказать мне».
Когда ребёнок всё-таки приходит с проблемой — даже мелкой — нужно его поблагодарить и действительно спокойно выслушать. Один раз вы нарушите это правило, и он больше не заговорит. Ребёнок должен понимать, что есть безопасные места и люди, которые готовы его услышать.
Безопасность по дороге от дома до школы и обратно полностью лежит на родителях. И это отдельный сценарий, где правила меняются каждые сто метров. Ребёнок остаётся без присмотра взрослых и важно, чтобы он знал основные правила, а родители могли быть с ним на связи.
Выбрать вместе с ребёнком самый безопасный маршрут, пройти его вместе первый раз, обсудить опасные места. Договориться, что телефон всегда заряжен — это база. Для дополнительного спокойствия можно использовать приложение «Где мои дети»: оно показывает, где ребёнок, присылает уведомление, если он вышел из безопасной зоны, и позволяет подать громкий сигнал на его телефон, даже если гаджет на беззвучном. «Звук вокруг» помогает оценить обстановку, если ребёнок не берёт трубку, — например, услышать, идёт ли он по улице или уже в школе.
Травмы на лестницах и переменах, буллинг и изоляция со стороны одноклассников, опасные предложения, а также кражи в раздевалках и конфликты на школьном дворе.
Не отвечать агрессией, отойти на безопасное расстояние и обязательно рассказать об инциденте взрослому, которому ребёнок доверяет.
Прекратить разговоры и слушать учителя. Не хватать рюкзак и вещи. Передвигаться пригнувшись, дышать через влажную ткань. Не прятаться под парту, в шкаф или туалет. Строем, без паники идти к выходу.
Спросить про пропускной режим, график дежурств в коридорах и туалетах, работу психолога и действия школы при буллинге, а также как часто проводятся тренировки по эвакуации и кто может оказать первую помощь.
Говорить о безопасности регулярно. Проигрывать сценарии «что, если» дома. Повторять фразу-якорь:
В оформлении материала использован коллаж Лизы Стрельцовой
«Я буду слушать тебя без криков, даже если ты виноват». И хвалить за то, что пришёл с проблемой и не побоялся рассказать.