Феномен Анны Джейн: за что подростки полюбили молодёжные романы «в дурном вкусе» 

Разбираем волну популярности «женских романов» нового поколения. Критики считают, что это «литературное лего», а подростки воспринимают как терапию

В чём феномен книг Анны Джейн? Почему современные подростки и молодёжь сметают эти книги, несмотря на претензии взрослых к качеству текста? Ведь цифры впечатляют: совокупный тираж её книг более 6 миллионов экземпляров, а за 2025 год было продано более 2 млн книг. 

Кто такая Анна Джейн?

Анна Джейн — это псевдоним Анны Потапкиной, российской писательницы, которая работала в жанре молодёжного любовного романа. Публикуется с 2014 года, но по-настоящему большой успех пришёл к ней в последние годы. 

Джейн — самая публикуемая писательница в России по данным за 2023–2025 годы. Под её авторством вышло более 20 книг. Экранизация её романа «Твоё сердце будет разбито» возглавила российский прокат на первой же неделе после выхода 26 марта 2026 года. 

Сама Джейн умерла в феврале 2023 года. 

За что критикуют Анну Джейн?

Искушённому читателю тексты Анны Джейн часто напоминают черновик или фанфик. Основные претензии сводятся к трём пунктам:

• Качество текста. Читатели отмечают обилие речевых ошибок, упрощённый слог, повторения («Она идёт, он идёт за ней»), и это создаёт впечатление, что книга не прошла профессиональную редактуру.
• Картонные герои. Особенно достаётся главному герою. Его крутизна не имеет обоснования («он крут, потому что крут»), а поведение часто описывают как неконтролируемую истерику, а не уверенную силу (с точки зрения взрослых, конечно). 
• Стереотипность. Критики называют это «литературным лего», когда сюжет словно собирается из стандартных скриптов: не такая как все героиня; главный герой — плохой парень с золотым сердцем или никем не понятый гений; ненависть переходит в любовь.
• Добро по рецепту. Например, сцена в магазине: героиня отдаёт последние 50 рублей бабушке, которой не хватает на колбасу. Кассир морщится, бабушка плачет от счастья, героиня сияет. Что видит взрослый? Манипуляцию на жалости. А подросток видит мир, где добро вознаграждается мгновенно и один хороший поступок делает тебя «светлым человеком».

За что Анну Джейн любят подростки и молодёжь

И всё же, несмотря на критику, книги Анны Джейн и её соратников по литературе для «юных взрослых» много лет в рядах бестселлеров. И у этого явления есть чёткое психологическое и даже биохимическое обоснование. 

Эмоциональный катарсис, или сброс кортизола

Молодёжь ищет в книгах не литературных изысков и отточенных предложений, а проживания эмоций. В отзывах фанаты пишут: «рыдала от всей души», «проживала каждую эмоцию вместе с героиней», «как будто очистилась душа».

Эффект подружки, или окситоциновая связь

Многими юными читателями тексты Анны Джейн воспринимаются как дневник или разговор с близкой подругой. Герои ошибаются, сомневаются и говорят на том же языке, что и ровесники. А когда всё понятно и «как у тебя», то для мозга подростка это сигнал безопасности.

Плюс простой язык и отсутствие сложной метафоры снижают когнитивную нагрузку. Мозг не тратит ресурс на расшифровку смыслов, а сразу подключает эмоциональные центры. Это создаёт иллюзию близости и доверия, и даже личного разговора. Возможно, сыграло роль то, что Анна Джейн много и очень тепло общалась с фанатами напрямую, и в книгах эта близость так или иначе отражалась.

Терапия сложными темами, или валидация боли

Анна Потапкина по образованию была психологом. Неудивительно, что во многих книгах она поднимала серьёзные проблемы: школьный буллинг, абьюзивные отношения, жестокость родителей. Подростку, столкнувшемуся с этим, даже поверхностное описание проблемы (без глубокого анализа) помогает почувствовать, что он не одинок.

Мы тоже это читали. Просто в других декорациях

Давайте честно: многие из нас, нынешних родителей, в 14–17 лет рыдали над теми же сюжетами. 

Переводные дамские романы. Каких-то 20–25 лет назад они были особенно популярны, а имена писательниц — Барбара Картленд, Джудит Макнот, Бертрис Смолл были паролями в мир своих, знатоков любовных приключений аристократов, пиратов, торговцев и их спутниц. Те же ах какие мужественные красавцы, те же невинные героини, а какие были страдания — на разрыв аорты! Только вместо худи — камзолы, вместо пентхаусов — замки, а вопросы любви, морали и романтические сюжеты были такими же. Ну почти. 

Советская классика для подростков. «Вам и не снилось» Галины Щербаковой (1984). Помните? Катя и Роман, первая любовь, трагический финал, слёзы в три ручья. Взрослые тогда тоже ворчали: «Много эмоций, мало жизни». Но тиражи были миллионные, а девочки в школах обсуждали Веньку и Романа.

Психологический механизм воздействия книг не изменился, только антураж подстроился под эпоху и интересы. С точки зрения нейробиологии мозг подростка 2026 года реагирует на те же триггеры, что и мозг подростка 1990-х или 1980-х. Меняется картинка, но не базовые потребности:

• Быть увиденным и ценным («она обычная, но он выбрал её»)
• Пережить сильное чувство без реальных последствий
• Получить подтверждение своих чувств, чего подросткам так не хватает в реальном мире («моя боль имеет значение!»)

Получается, книги Анны Джейн — очередная итерация вечного жанра мелодрамы, которые помогают прожить первый (или значимый) эмоциональный шторм.

Узнать подробнее

Почему штампы и клише полезны для развивающегося мозга

Взрослых раздражает предсказуемость сюжета многих бестселлеров, но для подросткового мозга стереотипы — это как раз-таки ценность, это их опора, пусть временная и не очень устойчивая. Что они получают? 

Снижение когнитивной нагрузки. Префронтальная кора подростка (отвечающая за критическое мышление и оценку рисков) ещё формируется. Сложные, многозначные тексты могут вызывать отторжение и утомление. Чёткое деление на «плохих» и «хороших», где справедливость торжествует, даёт мозгу структуру там, где в жизни хаос.

Дофаминовая петля. Сюжетные штампы («будут ли они вместе?», «простит ли он?») создают эффект незавершённого действия. Мозг реагирует на это выбросом дофамина — нейромедиатора, отвечающего за мотивацию и предвкушение. Каждая глава — как микронаграда. Герои поссорились — и читательница испытывает стресс, а через несколько страниц они помирились — и у рыдающей девочки происходит эмоциональная разрядка. Этот цикл даёт ощущение контроля над эмоциями.

Книги в эпоху рилсов

Что интересно: современные подростки и юные взрослые живут в мире, где книга, рилс, короткий сериал и чат с друзьями — это один поток. И помните, как все предрекали, что литература, книга вскоре умрёт, забудется за ненадобностью? Но оказалось, что книга по-прежнему занимает в современном потоке особое место с точки зрения работы мозга. 

В рилсах:

• Картинка меняется каждые 15 секунд.
• Мозг не успевает погрузиться в эмпатию.
• Дофамин выдаётся короткими вспышками.

Итог: поверхностное скольжение, быстрое истощение внимания.

В книге:

• Подросток живёт с героем днями – пока прочитывает 600 или больше страниц серии. 
• Мозг успевает построить устойчивую нейронную связь с персонажем.
• Это даёт другое ощущение: не вспышку, а протяжённость эмоций.

Итог: возможность побыть внутри чувства, а не просто скользнуть по поверхности. Чтение длинного текста тренирует способность удерживать внимание и проживать длинные эмоциональные дуги, что критически важно для созревания мозга.

И этого хватает, чтобы быть в топах? Нет, конечно. Причина популярности книг Анны Джейн шире, чем просто качество и полезность текста. Сейчас её книги — это культурный ещё феномен, подогреваемый несколькими факторами:

Эффект соцсетей. Настоящий взрыв популярности случился уже после смерти автора в 2023 году, когда пользователи соцсетей, особенно TikTok начали массово делиться отрывками и эмоциями. Это создало эффект сарафанного радио в среде, где подростки проводят большую часть времени.

Трагедия и наследие. Внезапная смерть Анны в 35 лет превратила её в культовую фигуру. Издательства продолжают выпускать её черновики из архивов, а фанаты ежегодно собираются на «Джейн-фест», где поддерживается атмосфера «для своих», и даже есть собственный дресс-код. 

Киноадаптация. Недавний выход фильма «Твоё сердце будет разбито» (вот буквально только что он возглавил прокат в России) снова всколыхнул волну интереса, и продажи этой и других книг выросли в разы после премьеры.

Эти книги — способ регуляции эмоций, тренировка эмпатии и безопасный полигон для чувств. 

То, что для нас, взрослых, штамп, для них — карта мира. И, возможно, через несколько лет они сами будут с улыбкой вспоминать эти слезы над незатейливой книгой. В общем-то, как и мы. 

В оформлении материала использован коллаж Лизы Стрельцовой