Как актриса Ксения Григорьева воспитывает 12-летнего сына Марка
Ксения Григорьева стала мамой в 19 лет, и, как говорит она сама, с тех пор её жизнь — «это вечный баланс между семьей, сценой и новыми вызовами».
Помимо семьи, она много времени уделяет спорту, пишет стихи и песни, а ещё — основала актёрскую киношколу для детей.
Её сыну Марку — 12. Он занимается боксом, актёрским мастерством и брейк-дансом. Ксения говорит, что он очень весёлый и активный, так что никогда не сидит на месте. Марк уже снимается в кино: в следующем году выйдет фильм «Хоттабыч», в котором он исполнил главную роль.
— Я хочу, чтобы мой сын всегда помнил, что жизнь — это не сплошная череда побед. Это путь, где падения так же важны, как и взлёты. Я хочу, чтобы он знал: не ошибается только тот, кто ничего не делает. А ещё что возраст — это всего лишь цифра. Можно сменить профессию в 40 лет, влюбиться заново в 50, а начать учиться чему-то новому в 60. Главное – не терять вкус к жизни и свет внутри. Всё остальное — лишь декорации, — говорит Ксения.
Мы попросили Ксению стать участницей нашей рубрики «Быть родителем».
Я разрешаю сыну бегать, крутиться и приседать, пока он делает уроки, потому что знаю: иначе его мозг не запомнит ни строчки. К сожалению, в школе с этим трудно. Я разрешаю ему быть собой, даже если это значит — говорить странные слова ради шутки, когда напряжение и без того зашкаливает. Я разрешаю себе иногда закрывать глаза на мелочи, чтобы сохранять нашу связь.
Я запрещаю всё, что может быть опасным. Вредный контент, грубость в общении, уходить, когда темно, или гулять далеко от дома — здесь я стою стеной. Даже если за этим сложно уследить, даже если он злится. Мои запреты — это тоже выражение моей любви.
Я горжусь тем, что в 18 лет я не испугалась, а выбрала осознанное материнство. Тем, что вложила в сына всё своё педагогическое образование, разные методики воспитания и частичку своей души. Тем, что он вырос свободным, креативным, смешным и энергичным, несмотря на все круги ада в саду и школе. И тем, что я не побоялась признать: каждой матери нужен свой, уникальный ключ к ребёнку.
Я боюсь быть плохим родителем — это, наверное, общий страх всех, кто действительно любит. Боюсь, что мне не хватит ума или сообразительности в нужный момент. Боюсь остаться одна и сделать фатальный шаг, который нельзя будет исправить. Но я боюсь не того, что ошибусь, а того, что не смогу эту ошибку осознать.
Я лучше всего умею, по словам моего сына, есть сладости и громко смеяться. Наверное, это значит, что я умею быть живой и настоящей рядом с ним.
Я хуже всего справляюсь с усталостью. Когда силы на нуле, я просто ложусь. Я знаю эту грань и больше не борюсь с ней — я признаю её.
Я точно знаю, что всё будет хорошо. Даже если мы совершим тысячу ошибок, каждая из них — это опыт, который не даст нам сделать тысяче первую. И я точно знаю, что люблю своего мужа, своего сына и свою семью. И это взаимно.
Я стыжусь того, что порой срываюсь на крик и не могу совладать с эмоциями. Я живой человек, и я уже устала делать вид, что это не так. Мне стыдно, но я больше не хочу прятать этот стыд — я хочу говорить о нём открыто, чтобы другие родители знали: они не одни такие.
Я злюсь, когда меня не слышат. Когда приходится повторять одно и то же много раз, а сил уже нет ни на что. Я злюсь не на сына — я злюсь на бесконечность этого повторения.
Я всегда забываю, что хочу похудеть. И, кажется, это самое безобидное из моих забываний.
Я иногда притворяюсь, что сплю, чтобы просто полежать в тишине, уткнуться в телефон и ничего не делать. Быть никем, ничьей мамой, ничьей женой — просто человеком, который отдыхает.
Я завидую тем, кто… знаете, я даже не знаю кому. Наверное, я никому не завидую по-настоящему. Но иногда я завидую той лёгкости, с которой другие не берут в голову чужое мнение.
Я не умею, но очень хочу научиться не воспринимать всё так близко к сердцу. Хочу перестать тащить на себе эмоциональные грузы каждого дня. Хочу отпускать, не пропускать через себя, не растворяться в чужих проблемах, а оставаться собой. Не чёрствой, а просто — менее ранимой.
В оформлении материала использованы фото из личного архива Ксении Григорьевой. Коллаж Лизы Стрельцовой
